33 колония в абакане

«Ты приехал сюда страдать». Участник бунта в хакасской ИК-35 умер после перевода в соседнюю колонию

33 колония в абакане

В ночь на 25 июля в городе Абакан Республики Хакасия заключенные исправительной колонии № 35 устроили бунт. Сиевуш Сабиров стал одним из участников волнений.

На следующий день его и, предположительно, еще пятерых человек вывезли в единое помещение камерного типа (ЕПКТ) соседней исправительной колонии № 33, о чем сообщил координатору проекта Gulagu.nеt Антону Дроздову источник, знакомый с ситуацией.

ЕПКТ по существу представляет собой тюрьму внутри колонии, условия содержания там строже, чем в остальной зоне.

Утром 9 августа Сабиров скончался в Абаканской межрайонной клинической больнице.

Начальник управления ФСИН по Хакасии Ярослав Бажан поспешил сообщить, что причиной смерти заключенного стал перитонит на фоне разрыва аппендикса. Мужчину прооперировали, но спустя шесть часов он все равно умер.

27-летний Сабиров был уроженцем Душанбе с гражданством Таджикистана. Известно ли его родственникам о случившемся, пока неясно.

Источник Gulagu.net рассказал, что реальная причина смерти осужденного может отличаться от объявленной начальником республиканского УФСИН.

Следственный комитет началдоследственную проверку в связи с гибелью заключенного.

Сотрудница пресс-службы управления СК по Хакасии в разговоре с «Медиазоной» отметила, что говорить о причинах смерти преждевременно, и Бажач поторопился сделать официальное заявление о перитоните.

Собеседник Gulagu.net рассказал, что после бунта в ИК-35 шестерых участников протестов этапировали в ЕПКТ колонии № 33. Там сотрудники ФСИН избивали их, подвергали унижениям и сексуальному насилию, утверждает источник.

«Их сотрудники заставляли дрочить друг другу, одному нарисовали член на лбу. Это все снималось на видео», — говорит собеседник правозащитного проекта. По его словам, участников бунта, вероятно, могли насиловать резиновыми палками.

Иточник Gulagu.net указал на оперативников с фамилиями Кривошеев и Бабаков как на одних из участников из издевательств.

Другой информатор Gulagu.net — бывший заключенный, некоторое время содержавшийся в ЕПКТ колонии № 33 — также сообщил об избиениях этапированных туда участников волнений. «Их бьют без конца, колотят. Издеваются над ними», — рассказал он. Информации об изнасилованиях дубинками у него нет, «но это не исключено».

Еще несколько человек из ИК-35 сейчас находятся в одном из СИЗО Абакана, следователи по очереди предъявляют им обвинение в массовых беспорядках (статья 212 УК) по уголовному делу, возбужденному после бунта в колонии.

Остается неясным, почему другие поддержавшие акцию протеста заключенные оказались переведены в ЕПКТ, и есть ли этому официальное объяснение.

В пресс-службе ФСИН России «Медиазоне» не назвали точного числа этапированных из ИК-35 в соседнюю колонию, хотя обещали предоставить эту информацию 11 августа.

Председатель хакасской ОНК Валерий Доможаков на вопрос о деталях гибели заключенного ответил, что «ничего не может сказать». На просьбу рассказать о колонии № 33 в целом и о том, поступали ли оттуда жалобы заключенных, он отреагировал похожим образом: «Я не знаю, не знаю. Не могу сказать».

Что происходит в тюрьме внутри ИК-33

Бывший заключенный, который три года назад провел некоторое время в едином помещении камерного типа ИК-33, рассказывает, что издевательства над заключенными со стороны сотрудников ФСИН там — обычная практика и по сей день.

«Унижают, оскорбляют, бьют, че хотят — то и творят. Заставляют делать то, что ни в УИК (уголовно-исполнительном кодексе — МЗ), нигде не написано. Если ты не будешь им подчиняться, тебя будут бить.

Если не хочешь, чтобы у тебя забрали здоровье, приходится делать то, что они просят», — вспоминает собеседник «Медиазоны».

Заключенных избивают как рядовые сотрудники, так и их начальство. «Обычно участвуют инспектора, которые на продоле (коридоре ЕПКТ — МЗ) работают, может начальник отряда бить.

Он может вообще с камерой вызвать осужденного к себе в кабинет и там, к примеру, они вдвоем — начальник отряда и режимник (заместитель начальника учреждения по режиму — МЗ) — могут руку приложить. Бьют они, чтобы без синяков: воду наберут в бутылку двухлитровую. По голове бьют, по шее.

Или книга такая у них толстая есть — они на голову ее кладут и сверху таким деревянным молотком по книге бьют тебя. Музыку на всю громкость включат и колотят», — описывает принятые в ИК-33 виды наказаний бывший заключенный.

По его словам, избивать осужденных начинают сразу же по прибытии в ЕПКТ. Собеседник «Медиазоны» не удивляется смерти Сабирова: «Какая им разница. Они колотят до такой степени…

просто скрутили, на пол на продол кинули и дубинками забили по жопе, аж что кожа на ягодицах лопается, начинает кровоточить, они бьют до такой степени — аж хлюпает все. Потом люди на животах на лавочке лежат, потому что не могут сесть. Все черное.

Или по пяткам колотят дубинками, потом кровью ссут люди, потому что в почки отдает».

Жалобы из ЕПКТ не выпускают — по мнению бывших заключенных, с которыми пообщалась «Медиазона», писать в надзорные органы вообще бессмысленно.

«На местном уровне вот этот — кто он там по правам человека? — Чистотин (омбудсмен по Хакасии — МЗ), Подкорытов этот, прокурор по надзору (следит за исполнением законов в исправительных учреждениях — МЗ), они все в курсе. И управление (ФСИН — МЗ). Друг друга покрывают.

Поэтому смысл куда-то жаловаться? Если по обходу кто-то придет из местного окружения по правам человека или из прокуратуры, ты ему пожалуешься — он просто уйдет, тебя выведут и также изобьют, скажут: че ты тут жалуешься?» — объясняет один из собеседников «Медиазоны».

Другой бывший заключенный вспоминает, что когда он находился в ЕПКТ, его избили в присутствии должностных лиц, в чьи обязанности входил контроль за соблюдением прав осужденных.

«Меня привезли — там на стульях сидели начальник управления Бажан Ярослав Иосифович, замначальника управления Сагалаков, защитник прав человека управления Хакасии, со свободы сидел какой-то по охране прав человека… Они просто сидели на стульях, снимали на камеру, как меня избивали. У меня был живот зашит, говорю: “Не бейте хоть по животу”. Меня начали бить по животу.

Они пили чай, наблюдали и улыбались, — описывает пережитое бывший заключенный. — Когда меня занесли в камеру в бессознательном состоянии — до этого шесть дней сидел на сухой голодовке — ребята в чувство привели водой. Через 15 минут придет проверка — вот эта комиссия, начальники-замначальники управления, которые по сути нас должны защищать. У меня вся голова была черной.

Я на ногах стоять не мог, я сидел на полу. Они говорят: “Ну че, проблемы есть?”. Я робу снимаю, показываю: “Ну вот в чем проблема”. — “Ну, ты приехал сюда страдать”. Я говорю: “Я приехал сюда сидеть”».

Как отмечает первый собеседник «Медиазоны», немотивированное насилие сотрудников — не редкость и в других колониях Хакасии, но в ЕПКТ ИК-33 оно наиболее изощренно: «Так жестко только в ЕПКТ. Все осужденные знают, что творится в ЕПКТ. И администрация колонии осужденных всегда пугает: если не будешь что-то делать, мы тебя на ЕПКТ отправим».

Такое обращение приводит к попыткам суицида. Чтобы не допустить их, в ЕПКТ, например, разрешено бриться только в присутствии сотрудников. «Выдают тебе станок, чтобы ты побрился, и с дубинками стоят, караулят, чтобы ты себе ничего не сделал. Они же понимают, до чего они довели осужденных, что они могут на себя руки наложить», — говорит источник.

Второй бывший заключенный провел в абаканском ЕПКТ десять месяцев. Его вывезли туда из ИК-35 после попытки суицида — он вспорол себе живот. Издевательства и избиения со стороны сотрудников ЕПКТ этот собеседник «Медиазоны» называет обычным явлением.

«Я там десять месяцев просидел, не было дня, чтобы там кого-то не били, кто-то не кричал. Там просто морально психика разворачивается. Каждый день слышишь, что кого-то убивают. Дубинкой по жопе когда бьют, там просто мясо от кости отходит, потом это мясо срезают. Там сидишь, как в камере смертника: не знаешь, выживешь или нет», — вспоминает источник.

По его мнению, сотрудники ЕПКТ агрессивны, зачастую их поведение выглядит неадекватным: «Могут придраться вообще не из-за чего — неправильно встал, неправильно посмотрел, без разрешения сказал что-то, пошел куда-то, фамилия не понравилась». Бывший заключенный отмечает, что в тюрьму в ИК-33 переводят без официального разрешения: все документы оформляют задним числом. Чаще всего заключенных этапируют в ЕПКТ ночью.

Собеседник «Медиазоны» поясняет, что безнаказанность сотрудников ЕПКТ усугубляется тем, что тюремщики на время избиения отключают камеры видеонаблюдения.

Об изнасилованиях заключенных в ЕПКТ источнику известно только по слухам: «[Сотрудники] грозят тем, что в “гарем” загоняют. Этим пугают. Доходили слухи, что случалось такое».

Помимо этого, в тюрьме есть и чисто бытовые трудности — которые искусственно создают сам персонал учреждения. «Моются там раз в две недели в тазиках, душем запрещают пользоваться. Они морально убивают тебя как человека.

Робу, если тебе дают — грязную специально», — перечисляет бывший заключенный.

После освобождения он пытался добиться уголовной ответственности для сотрудников ФСИН, которые довели его знакомого до членовредительства — не выдержав издевательств, тот изувечил себе половой член и вскрыл живот.

Дело завели на начальника ЕПКТ, рассказывает источник, но вскоре его самого вызвали в суд и оштрафовали на 35 тысяч рублей за клевету на фсиновцев.

Перед этим другие сотрудники колонии просили его отозвать заявление на начальника ЕПКТ.

«В пределах Хакасии это недоказуемо. За пределами Хакасии — может быть», — заключает собеседник «Медиазоны».

Что происходит в ИК-35

В ИК-35, рассказывает «Медиазоне» бывший заключенный, осужденные страдают не столько от действий администрации, сколько от сотрудничающих с ней «активистов».

«Администрация делами своими не занимается, доверила это все активу. Они как сотрудники передвигаются по колонии, занимаются избиениями, принуждениями, выбивают явки, чтобы писали, заставляют дела другие брать на себя, чтобы сроки добавить. За это им сотрудники покупают сигареты. Сотрудники это поощряют. А мужики простые куда денутся? Со свободы у нас поддержки нет», — говорит источник.

Он объясняет, что основное требование заключенных ИК-35 — не передача запрещенных предметов вроде мобильных телефонов, а «нормальное отношение». «Мы понимали, что это режимное “красное” учреждение, здесь сотрудники правят.

Мы просто просили, чтобы сотрудники обращались с нами так, как мы к ним относимся. Без всяких там рукопожатий, просто хотя бы на “вы”. Не так, чтобы “тварь”, “мразь”. А нормально обращались и не избивали.

Вымогательство тоже было, но это все скрыто, недоказуемо», — рассказывает бывший заключенный.

В ночь на 25 июля почти 250 заключенных ИК-35 устроили бунт, сообщалСледственный комитет. Местное онлайн-издание 19rus публиковаловидео штурма колонии; на записи видно, как спецназ бросает в помещение с заключенными светошумовые гранаты.

По информации СК, осужденные изнутри разрушили один из корпусов, а также выкидывали на улицу мебель. В ведомстве зачинщиком бунта предварительно назвали осужденного за угон машины, который недавно прибыл в колонию.

Следователи возбудили уголовное дело по частям 1 и 2 статьи 212 УК (организация и участие в массовых беспорядках)

В тот же день руководитель управления ФСИН по Хакасии сообщил о другой версии бунта, которая затем стала основной. Зачинщиками бунта он назвал заключенных, исповедующих ислам, которые якобы были недовольны распорядком дня, не позволяющим им молиться в положенное время.

26 июля в СИЗО отправили троих предполагаемых организаторов бунта — Юрия Тымтышева, Фархада Ниязова и Арсена Абраамяна. На следующий день арестовали Гавруша Тоняна, а 28-го июля — Шамиля Алиева и Рысбека Сабитова. 10 августа под стражу заключилиседьмого подозреваемого — Асана Тавалдыева.

Первым четверым предъявили обвинения в организации беспорядков.

По мнению бывшего заключенного, который сначала отбывал часть своего срока в ИК-35, официальная причина бунта, названная управлением ФСИН — ложная: «Бунт поднят не мусульманами, а бунт поднят сообща.

4 марта 2012 года, когда был в Хакасии бунт, Бажан Ярослав Иосифович, начальник управления ФСИН республики Хакасии, сказал в интервью, что на культурно-массовом мероприятии гирьки не поделили двое ребят, хотя там все было совершенно по-другому. Один барак на проверке вышел на плац и начали бить [актив] с криками: «Бей активистов». Потому что уже невыносимо было.

Мужиков простых просто забивали, забирали у них сигареты, которые им матушки с пенсии покупали». Прокуратура тогда отрицала факт волнений на территории колонии.

После этого, по словам бывшего заключенного, начальник республиканского УФСИН обещал пресечь деятельность «активистов», но в итоге режим стал только строже. «Режим усилился. Усилился до такой степени, что там просто кислород перекрыт, там жить невозможно. Это не людские условия», — говорит бывший заключенный.

«Новая газета» писала, что колония № 35 считается образцово-показательной. «Эта зона — это светлые ухоженные корпуса с отличными бытовыми помещениями. Здесь замечательный стадион, вокально-инструментальный ансамбль “Транзит” и свой музей.

С работой здесь все хорошо: в цехах точат местный мрамор и собирают светодиодные светильники, пекарня стряпает и печет для бюджетных организаций, есть теплицы, ферма, птицефабрика.

По отзывам бывших зэков (возможно, сознательно недоброжелательным), администрация заинтересована не отпускать по УДО, так как страдают экономические интересы колонии», — отмечал корреспондент Алексей Тарасов.

Однако бывший заключенный этой колонии рассказывает, что осужденные в ИК-35 работают по 12-15 часов в сутки, получая в месяц по 200-300 рублей. «Они элементарно в месяц зарабатывают две пачки сигарет. Это че, смеяться?» — возмущается собеседник «Медиазоны».

В начале недели, 8 августа, прокуратура Хакасии сообщила, что не нашлафактов необоснованного применения силы к заключенным и нарушения их прав в ИК-35. Вместо этого надзорное ведомство потребовало привлечь к дисциплинарной ответственности начальника колонии и руководителей отделов учреждения за «ослабленный ведомственный контроль».

ИСТОЧНИК https://zona.media/article/2016/12/08/35-aftermath

Источник: http://antipytki.ru/2016/08/12/ty-priehal-syuda-stradat-uchastnik-bunta-v-hakasskoj-ik-35-umer-posle-perevoda-v-sosednyuyu-koloniyu/

33 колония в абакане

33 колония в абакане

Юридический адрес: 655017 Республика Хакасия г.Абакан кв.Молодёжный, 22.

Адрес электронной почты: Номер телефона дежурной части: 271-083 Номер телефона приёмной: 271-095 Номер телефона отдела кадров: 271-095 Номер телефона отдела специального учёта: 271-092 В учреждении установлен терминал График работы комнаты ожидания учреждения (работает ежедневно кроме воскресения с 8.00 до 17.

00) № п/п Мероприятие Время 1 Приём заявлений 8.00 9.20 2 Подпись заявлений 9.30 10.00 3 Приём передач и вход родственников на длительные свидания. 10.00 12.00 4 Перерыв 12.00 12.30 5 Вход родственников на краткосрочные свидания и приём передач.

12.30 13.20 6 Проведение краткосрочных свиданий 13.20 15.20 7 Выход родственников с краткосрочных свиданий. Вторник с 10.00 до 12.00 Заместитель начальника колонии Бурнаков Каскар Владиславович 3.

Среда с 10.00 до 12.00 Заместитель начальника колонии Диденко Николай Валерьевич 4. Четверг с 10.00 до 12.00 Заместитель начальника колонии Карауланов Павел Геннадьевич Главный бухгалтер Никитенко Ирина Михайловна 5. Пятница с 10.00 до 12.00 Заместитель начальника колонии Миягашев Александр Николаевич Начальник медицинской части Щеребединский Евгений Евгеньевич

Запись на стене

Мы договорились, что как только я освобождаюсь, получаю заверенную администрацией колонии доверенность и начинаю действовать в его интересах.

Ответом всегда будет одно —

«от осужденного Амаева заявления на выдачу доверенности не поступало»

. В то время когда я находился в отделе специального учета, в кабинет зашёл начальник учреждения Караваев Олег Валерьевич.

«Ты что приехал — пакостить? Смотри мне, доиграешься»

, — прозвучала незавуалированная угроза.

Исправительная колония № 33

В левом нагрудном кармане у всех имеется ручка.

Их пока еще не обучили всем порядкам проживания в спецучреждении, поэтому даже «здравствуйте» они крикнули не хором, а вразнобой. В течение двух недель осужденные проходят медицинское, психологическое обследование и обучаются правилам отбывания назначенного наказания.

Здесь они получают и пришивают к одежде вот такой «знак отличия». Условия проживания «новичков» практически ничем не отличаются от условий основной массы заключенных — те же двухэтажные койки, комнаты отдыха и т. д. Посетили корпус СУОН — строгие условия отбывания наказания.

новая ХРОНИКА ТЕКУЩИХ СОБЫТИЙ

«Их бьют без конца, колотят.

Издеваются над ними», — рассказал он. Информации об изнасилованиях дубинками у него нет, «но это не исключено».

Бывший заключенный, который три года назад провел некоторое время в едином помещении камерного типа ИК-33, рассказывает, что издевательства над заключенными со стороны сотрудников ФСИН там — обычная практика и по сей день.

«Унижают, оскорбляют, бьют, что хотят — то и творят.

Заставляют делать то, что ни в УИК (уголовно-исполнительном кодексе — ixtc.org), нигде не написано.

Если ты не будешь им подчиняться, тебя будут бить.

Он может вообще с камерой вызвать

Фку ик-33; 655017 республика хакасия г.абакан кв.молодёжный, 22

\ \ В учреждении отсутствует график подачи осужденными документов на УДО Сотрудники учреждения препятствуют в подаче осужденными ходатайства на УДО Есть мнение, что к ОСУЖДЕННОМУ, подавшему ходатайство на УДО в суд вопреки требований со стороны сотрудников учреждения, могут быть применены «санкции» в виде вменения нарушений или же водворения в изолятор У меня, как у родственника осужденного, нет замечаний по процедуре прохождения по УДО в учреждении Осужденный беспрепятственно прошел КОМИССИЮ в учреждении Увы, суд отказал Отлично, суд удовлетворил ходатайство Увы, суд отказал Отлично, суд удовлетворил ходатайство В учреждении недостаточно комнат длительных свиданий Плохо оборудована комната коротких свиданий (невозможно общаться) Комнаты длительных свиданий не соответствуют санитарным нормам по освещению, изоляции, вентиляции, оборудованию и чистоте Считаю ОГРАНИЧЕННОЕ количество комнат длительных свиданий умышленным препятствием в увеличении числа посещений Сотрудниками учреждения нарушается ГРАФИК ПОСЕЩЕНИЯ с задержкой без возврата средств Процедуру ЛИЧНОГО ДОСМОТРА считаю унизительной Сотрудники учреждения обязывают родственников подписывать ПОСЕЩЕНИЕ У НАЧАЛЬНИКА УЧРЕЖДЕНИЯ (которого может не быть на месте), заметим, подписывать то, что УЖЕ УТВЕРЖДЕННО и осужденный включен в график длительных свиданий с указанным временем посещения с подписью нач. учрежд. Спасибо, комнаты длительных свиданий соответствуют санитарным нормам Спасибо сотрудникам учреждения за вежливость и внимательность Спасибо, к комнате коротких свиданий у меня нет претензий, как и к самой процедуре Спасибо за возможность переноса длительного свидания на другой срок

Исправительная колония № 33 в поселке Молодежный

Под звуки гимна осужденные начали расходиться по своим рабочим местам и по баракам (отрядам).Весь «контингент» одет в одинаковую форму темно-серого цвета, на голове кепка, которая на тюремном языке называется «феска».

Справа на груди каждый обязан носить «бейджик», где указаны ФИО, статья Уголовного кодекса, по которой человек осуждён, и сроки пребывания в колонии. В левом нагрудном кармане у всех имеется ручка. Перефразируя поговорку «Солдат спит — служба идет», можно сказать: «Время идет — срок уменьшается».

5.

Сначала мы осмотрели карантинное отделение.

Сюда прибывают и проживают около двух недель «новички». При этом они не контактируют с основным

Хакасия Ик 33

라이브러리KRclip 에서 최고 2 년 전Описание.3 개월 전4 년 전Репортаж Руслана Романова (телекомпания ТВ7)4 년 전3 년 전Репортаж Надежды Савельевой (REN-TV «Саяны») об осужденных, занимающихся в кружке художественного творчества.년 전Сюжет телекомпании REN-TV «САЯНЫ»8 개월 전Новости 23.06.

2019 День открытых дверей в исправительной колонии № 33 прошел для представителей Общественного.년 전Корона красавицы для. осужденной. В женской колонии №28 (Усть-Абаканский район) прошел конкурс красоты.3 년 전Адрес нашего сайта gtrk-saratov.ru гтрк-саратов.рф .com/gtrk_saratov .com/64gtrk .

com/sargtrk .3 년 전Адрес нашего сайта gtrk-saratov.ru гтрк-саратов.рф .com/gtrk_saratov .com/64gtrk .com/sargtrk .2 년 전Последствия бунта в хакасской колонии 25 июля 2016 года.년 전3 년 전Сюжет Артема Михалкова (ТВ7), эфир от 09.02.2016.

4 년 전년 전УФСИН Хакасии продолжает менять условия содержания осужденных по современным требованиям.

Так в женской.5 년 전2 년 전Описание.년 전Сюжет телекомпании ТВ7 (Хакасия)7 개월 전Сюжет телекомпании Рен ТВ «Саяны»5 년 전сюжет «ОТВ-Прим» о трудоустройстве осужденных, отбывающих наказание в исправительной колонии№ 33 г.6 년 전5 년 전Первый фестиваль песни в колонии прошел в 2003 году. С тех пор за лучший голос приезжают бороться все, кто.

3 년 전Репортаж Артема Михалкова (телекомпания РТС)3 년 전сюжет «Звезды»4 년 전Репортаж телекомпании РТС.3 년 전Репортаж Ольги Камзалаковой (телекомпания РТС), посвященный участникам конкурса «Канон»3 년 전Сюжет Ольги Камзалаковой (РТС), эфир от 05.02.2016.5 년 전3 년 전Репортаж Надежды Савельевой (телекомпания RenTV «Саяны»)4 년 전Сюжет НТВ.

8 년 전년 전Сюжет REN TV «Саяны»년 전년 전Хакасия теперь, как Европа.

Речь о следственном изоляторе.

Источник: http://pallada-sar.ru/33-kolonija-v-abakane-46046/

«Основная нечисть». Как сотрудники хакасской колонии пытались избежать наказания за издевательства над заключенными

33 колония в абакане

В 2016 году за один месяц из единого помещения камерного типа расположенной на окраине Абакана ИК-33 госпитализировали двоих заключенных. В ЕПКТ отправляют осужденных, которых администрация сочла злостными нарушителями порядка; если в колонии живут в бараках или общежитиях, то здесь сидят в камерах по двое.

Участник бунта в соседней ИК-35 Сиевуш Собиров 9 августа умер в городской больнице от травмы органов малого таза и брюшной полости. 29-летний Сергей Буйницкий, который оказался в той же больнице 2 сентября, потерял почку, но выжил.

Гибель Собирова администрация представила как результат конфликта с другим взбунтовавшимся заключенным Тоджиддином Сафаровым, который его якобы избил.

Сафаров был осужден по части 4 статьи 111 УК (умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть); его приговорили к девяти годами и трем месяцам колонии. Кроме того, за халатность (часть 1 статьи 293 УК) осудили сотрудника ЕПКТ Константина Кривошеева.

Он получил 240 часов обязательных работ за то, что, по версии следствия, недоглядел за осужденными. В то же время источник Gulagu.net утверждал, что Собиров умер после издевательств над зачинщиками бунта, в которых участвовал сам Кривошеев.

В случае Буйницкого обвинение в избиении сразу предъявили тюремщикам, но задержали их только спустя полтора года после начала расследования. За это время Буйницкий успел побывать в психоневрологическом отделении красноярской тюремной больницы — после того, как разорвал себе швы, чтобы избежать возвращения в Хакасию.

По словам бывшего заключенного, в больнице его две недели держали «на вязках», то есть привязанным к койке. «Закалывали таблетками и уколами. Объяснили это (“вязки” — МЗ) тем, что это было по оперативным соображениям», — рассказывает Буйницкий. Затем его вернули в Хакасию, но поместили в СИЗО, а срок он досиживал в барнаульском изоляторе.

В сентябре 2017-го Буйницкий освободился.

Как рассказывает адвокат Наталья Монс, сотрудничающая с правозащитной организацией «Зона права», дело Буйницкого начали активно расследовать после смены руководства хакасского управления Следственного комитета и местной прокуратуры. О том, что после назначения нового начальника в региональном СК начались массовые увольнения, в октябре 2017 года писало информагентство «Хакасия».

«Там же произошла ситуация с летальным исходом в той же колонии. Мое мнение — это спровоцировало уже какие-то активные проверки по этому факту и собственно движение. А смена руководства конкретно с этим случаем связана или нет — не могу сказать. [Но] все-все дела этой колонии были исследованы сразу почему-то. Так совпало, возможно», — рассуждает Монс.

Уголовное дело об избиении Буйницкого возбудили еще 15 сентября 2016 года в отношении неустановленных лиц. Расследование дважды приостанавливали, и только 21 ноября 2017 года были задержаны трое подозреваемых сотрудников ФСИН. Толчком для задержаний могла стать гибель заключенного в том же ЕПКТ от рук других сотрудников.

Инсценировка

Обвинение в избиении Буйницкого предъявили бывшему начальнику ЕПКТ Евгению Чичинину и двум инспекторам — Илье Васильеву и Дмитрию Золотухину.

Сначала их действия квалифицировали как превышение должностных полномочий с применением силы (пункты «а», «б», «в» части 3 статьи 286 УК) и причинение тяжкого вреда здоровью (пункт «а» части 3 статьи 111 УК).

Следователь попросил отправить тюремщиков в СИЗО, но суд отказался.

Буйницкий попал в ЕПКТ из-за лезвия, которым он порезал себе живот в знак протеста против нарушений в колонии.

Как следует из обвинительного заключения, впервые начальник ЕПКТ и его подчиненные избили заключенного уже в день его поступления — 11 августа 2016 года.

Тюремщики требовали отказаться от услуг адвоката, которая навещала Буйницкого, но получили отказ. Тогда его уложили на пол, и начальник ЕПКТ стал бить по пяткам резиновой дубинкой. 

Такие избиения повторялись трижды. 2 сентября Буйницкого привели в кабинет оперативников. Руки ему обмотали скотчем, а ноги стянули ремнем, поставили на колени и локти и стали избивать.

Чичинин несколько раз ударил заключенного в живот. Когда Буйницкий почувствовал резкую боль в области живота и поясницы, его развязали.

Тюремщики дали ему тюбик «мази “бодяга”», чтобы он намазал лицо, и отвели в камеру. 

Вскоре другой заключенный из той же камеры — Нураддин Мамедов — инсценировал ссору и сделал вид, что ударил Буйницкого. Эксперт, осматривавший запись с камеры наблюдения, подтвердил, что удара не было. Но позже Буйницкому стало плохо, и его госпитализировали с разрывом левой почки. 

Мамедов сначала говорил следователям, что Буйницкий пострадал от его рук, но затем признался, что перед «дракой» его вывели из камеры, и Чичинин потребовал, чтобы он спровоцировал конфликт, который зафиксирует видеонаблюдение.

Кроме того, в обмен на инсценировку и ложные показания начальник ЕПКТ обещал Мамедову на выбор помощь с возвращением в Азербайджан либо квартиру в Абакане, хотя последнее предложение заключенный не воспринял всерьез.

Впрочем, одно обещание Чичинин выполнил — азербайджанец стал получать передачи со сладостями и другими продуктами.

Единственным свидетелем избиения Буйницкого оказался младший инспектор ЕПКТ Алексей Бажин. Он видел, как Чичинин бил заключенного в живот, а позже слышал разговор начальника ЕПКТ с инспектором Васильевым: они планировали перевести Мамедову 20 тысяч рублей и купить ему чай и конфеты, чтобы тот оговорил себя.

Сливная яма

Только через месяц после задержания, в декабре 2017 года, сотрудников ФСИН все же поместили под домашний арест — к этому моменту в деле появились новые эпизоды. Теперь за издевательства над заключенным Иваном Ивановым (имя и фамилия изменены по этическим соображениям) им вменили по два эпизода превышения полномочий и сексуального насилия (пункт «а» части 2 статьи 132 УК).

Как следует из материалов дела, администрации ИК-33 не нравилось, что родственники Иванова наняли адвоката, который писал жалобы на условия содержания. Заключенный оказался в ЕПКТ 22 апреля 2016 года. По решению начальника ИК-33 Олега Караваева его перевели туда на год, формально наказание на Иванова было наложено за нецензурную ругань.

В тот же день начальник ЕПКТ Чичинин и его подчиненные избили Иванова во дворике учреждения. Иванов не соглашался отказаться от адвоката. Тогда подчиненные Чичинина надели ему на голову шапку-ушанку, завязали шнурки под подбородком и опустили осужденного головой в яму для сточных вод.

Начальник ЕПКТ повторил свое требование и после отказа ввел ему в анальное отверстие резиновую палку.

После этого Иванова отвели в кабинет оперативников, где ему обмотали руки и ноги скотчем, и избиение продолжилось; в том числе, тюремщики, надев боксерские перчатки, по очереди били его по голове. 

Происходившее во дворике видел все тот же младший инспектор Бажин. Он подтвердил и избиение, и сексуальное насилие. Позже Бажин слышал шум борьбы и крики Иванова из служебного кабинета.

Второе избиение произошло 1 июля 2016 года. В этот раз его били в кабинете начальника ЕПКТ. По словам Иванова, избиение длилось около пяти часов с перерывами. Когда Чичинин вновь ввел ему в анус резиновую палку, заключенный согласился подписать отказ от адвоката. 

Узнав о деле Буйницкого и гибели еще одного заключенного, после освобождения Иванов предложил адвокату возобновить работу по его заявлению. Его допросили в качестве свидетеля по делу Буйницкого — тогда Иванов и рассказал, как его били и насиловали.

«Зарекомендовал себя с положительной стороны»

Сотрудники ФСИН не признают вины. Младший инспектор Бажин на очных ставках объяснял, что раньше не рассказывал о преступлениях коллег, поскольку боялся давления со стороны офицерского состава ЕПКТ.

Руководство колонии на следствии положительно характеризовало обвиняемых.

Начальник ИК-33 Олег Караваев и его заместитель Каскар Бурнаков говорили, что Чичинин «зарекомендовал себя с положительной стороны, требователен к себе и своим подчиненным, во взаимоотношениях с коллегами доброжелателен, тактичен.

Соблюдает субординацию в общении, ориентирован на неукоснительное соблюдение Кодекса этики и служебного поведения сотрудника УИС, законности, дисциплины, антикоррупционного законодательства». 

Васильев, по оценке руководства колонии, «активно участвовал в воспитательном процессе осужденных и применял личностно- ориентированный подход». Золотухин «знает в полном объеме [необходимые законодательные акты], умело применяет в практической деятельности», а все поручения исполняет «точно и в срок».

По мнению Буйницкого, сотрудники ФСИН в суде ведут себя вызывающе: «Улыбки ехидные, мол, им все пофигу. Меня это больше всего беспокоит. Пока [угроз] не было, но все равно есть опасения. Это же система эта вся».

Он уверен, что методы подсудимых используют и другие сотрудники ЕПКТ. «Их там целая банда, я буду доволен на том, что основная нечисть выявлена. Они должны наказание понести. Я буду этим доволен», — говорит Буйницкий. В ходе прений прокурор запросил 12 лет колонии для начальника ЕПКТ Чичинина и по 11 лет для его подчиненных.

К последнему слову подсудимые не подготовили длинных выступлений. «Вообще ничего не говорили. Коротко и ясно: мы невиновны, прошу вас вынести оправдательный приговор оправдать. Все», — говорит Буйницкий. Приговор огласят 22 апреля.

«Все на месте»

В начале февраля 2019 года в суд передали дело еще троих сотрудников ЕПКТ, которых обвиняют в убийстве заключенного в ноябре 2017-го. По данным следователей, они избивали и пытали электрошокером связанного осужденного.

Он скончался от черепно-мозговой травмы и отека мозга. Обвиняемым по этому делу стали Алексей Бажин, давший показания на своих коллег, издевавшихся над Буйницким, и бывший начальник ЕПКТ Емельянов.

Однако в марте это дело вернули в прокуратуру из-за нарушений.

Предположительно, погибшего звали Шурхат Ибодов. О его смерти после пыток током в абаканском ЕПКТ рассказывал осужденный по «делу АБТО» Богдан Голонков.

Он отбывает наказание в ИК-35, но в 2017 году попал в ЕПКТ соседней колонии.

По словам Голонкова, сотрудники этого учреждения избивали заключенных, в том числе — боксерскими перчатками, заставляли их приседать до изнеможения и угрожали сексуальным насилием.

«Такие манипуляции делают со всеми. Меня током не били — Ибодова забили током. До смерти. Другим мусульманам, например, сало в рот засовывают. Затыкают скотчем рот и бьют до тех пор, пока он сало не проглотит», — говорил на камеру Голонков. Он отмечал, что при издевательствах лично присутствовал на тот момент начальник ЕПКТ Емельянов. 

Адвокат Владимир Тирских, который представлял интересы Голонкова и долгие годы работает с жалобами заключенных хакасских колоний, отказался давать комментарии о происходящем сегодня в ЕПКТ.

«Я делаю свою работу, я больше всех все знаю, но публиковаться, о чем-то говорить — я не вижу в этом смысла. Я думаю, огласка уже более чем достаточная. Я десять лет назад говорил, что в этой колонии начнут людей убивать, и к этому все пришло.

Но, тем не менее, и руководство [колонии] все на месте, и руководство управления на месте. Вы думаете, это делалось все без ведома начальства? Но, тем не менее, все на месте. А если они все на месте, значит, это кому-то надо», — рассуждает адвокат.

Еще в ноябре 2016 года начальник управления ФСИН по Хакасии Ярослав Бажан получил от прокуратуры представление из-за нарушений в работе его подчиненных. Сегодня он по-прежнему возглавляет хакасское управление. 

Редактор: Дмитрий Ткачев

Источник: https://zona.media/article/2019/04/18/abakan-33

Абаканский городской суд 22 апреля вынес приговор по делу трех сотрудников исправительной колонии №33 УФСИН России по Хакасии.

Бывших тюремщиков обвиняли в избиениях и изнасилованиях заключенных, от которых они требовали прекратить жалобы на администрацию учреждения.

Суд приговорил надзирателей к шести и пяти годам лишения свободы в колонии общего режима. Потерпевший разочарован приговором и будет его обжаловать.

“На весь день включают похоронный марш”

– Я недавно пошел инвалидность делать, а мне говорят: одна же почка есть, люди и с одной живут. И не дали инвалидность. Два раза проходил эту комиссию. Я же не сам ее лишился, фактически меня государство лишило почки. И никакой компенсации я не получил. А ведь мы дом продали в Абакане, чтобы с адвокатами расплатиться…

Абаканцу Сергею Буйницкому 31 год. Он отбыл уже три срока, все – за угон. Последний раз ему дали 2,5 года в марте 2015-го. Сергей отправился в ИК-33, где приходилось бывать и ранее.

ИК 33

– Второй срок отбывал в соседней ИК-35 (расположена в нескольких метрах от ИК-33. – С.Р), а в ИК-33 меня возили на ЕПКТ (единое помещение камерного типа – С.Р) на год. Тогда тоже под конец кровью начал ссать, но хотя бы органы остались целы, – говорит Буйницкий.

ЕПКТ представляет собой нечто вроде тюрьмы строгого режима внутри самой колонии. Там заключенные живут не в бараках, а в тюремных камерах, где кровати пристегиваются к стенам. В ЕПКТ отправляют злостных нарушителей устава на длительные сроки.

Сначала за провинность могут определить в ШИЗО (штрафной изолятор), а когда накопится несколько взысканий, “прячут, как выражаются заключенные, в ЕПКТ по решению специальной комиссии. Часто из одной колонии возят в другую на ЕПКТ.

До колонии

– Попасть в ЕПКТ – это не просто страшно, это обидно. Обидно, что ты ничего не можешь. Тебя связывают и просто, как фиг знает кого, дуплят. Невозможно противостоять. Зимой при –30 они заставляют тебя в локальном секторе снег убирать с бетонного пола.

На каптерке у тебя есть зимние носки, а есть летние. Они тебе зимние не дадут, летние дадут. И летние босоножки. В этих босоножках выгоняют на мороз, на улицу. Снег убираешь, потом становишься к стенке. Стоишь. Они чувствуют же, когда у тебя уже ноги замерзли. Заводят тебя внутрь – разувайся.

И по ноге тебе сапогом топчут… Больно до слез.

Я это сделал буквально за несколько секунд: живот вскрыл и шею полоснул. Было ли страшно… А куда страшнее-то уже?

В ИК-33 Буйницкий регулярно жаловался на условия содержания: к примеру, заключенным выдавали мокрые матрасы, на что Сергей обратил внимание прокурора. Жалобы передавал во время встреч с родителями.

Параллельно копились взыскания: за смену спального места, за хранение лезвия для бритья. Буйницкий говорит, что заявления на него писали так называемые “активисты” – заключенные, сотрудничающие с администрацией.

Летом 2016-го ситуация стала критической.

– Когда меня начали “прятать” в ШИЗО, я понял, что дело катится к ЕПКТ. Оттуда уже ничего не выходит, никаких заявлений, и для них там людей нет. И тогда я решил вскрыть себе живот, ведь я уже знал, каково там. Я выбрал такой день, когда у меня был станок.

Их же там выдают на какое-то время, а потом забирают. И в один момент все совпало: станок выдали, и окошко (на двери камеры) для приема пищи было закрыто. Я это сделал буквально за несколько секунд: живот вскрыл и шею полоснул. Было ли страшно…

А куда страшнее-то уже? Жизнь в ЕПКТ не каждый выдержит. Есть, например, пытка: стоит музыкальный центр, включают на коридор похоронный марш. И весь день играет похоронный марш. Но на самом деле могут и “Бременские музыканты” играть, ты все равно сходишь с ума.

Люди психологически ломаются.

“Что мне делать? Помогите!”

Буйницкого отвезли в Абаканскую городскую больницу, где он в течение 10 часов не давал себя зашивать. Истекая кровью, заключенный требовал встречи с родственниками. Когда к нему пришли мать и сестра, Сергей попросил нанять адвоката, понимая, что все-таки отправится в ЕПКТ.

– Адвоката наняли, а меня в этот момент вернули обратно. Когда рана затянулась, меня вызвали на комиссию. Комиссия решила – год в ЕПКТ.

Почти сразу меня туда перевели и говорят мне там: “Давай ты ничего писать не будешь, от адвоката отказываешься и говоришь, что тут никого не трогают, и все – сидишь спокойно, досиживаешь”.

Я сказал: “Нет, не буду”. И сразу начали “приемки” устраивать, бить, пинать…

Буйницкого жестоко избили 11 августа 2016 года – в первый же день его пребывания в ЕПКТ, устроив так называемую “приемку”.

Что такое низкий социальный статус? Ну, это, например, когда человека вместо девки использовали. Ну, и я до конца месяца проел на баке для питьевой воды, чтобы к нему за стол не сесть

– Заводят в помещение, где нету камер. Ставят тебя в шпагат, руки растягивают, стоишь, как морская звезда. Берут дубинку… И тебя дуплят руками, ногами, дубинкой. Ты падаешь. Они орут: давай, быстро встал! Встаешь – опять уронили.

Сергей говорит, что после попадания в ЕПКТ он все же встретился с адвокатом, которого наняли родители. Надзиратели специально оставили дверь в комнату свиданий открытой, чтобы слышать беседу.

Буйницкий успел пожаловаться, что от побоев болят руки, ноги, голова, а затем написал на листке бумаги: “Что мне делать? Помогите!” Сразу после разговора он соврал надзирателям, что обсуждал с адвокатом изменения в Уголовном кодексе.

Адвокат в итоге подал жалобу в прокуратуру, и когда о ней узнали в ЕПКТ, Буйницкого стали провоцировать чисто тюремными методами.

– Поместили в камеру к заключенному с низким социальным статусом, специально поместили, чтобы я сел к нему за стол. А там же видеокамеры, чтобы все это снять и потом показать всем.

И они говорят: “Ну, ты же все равно сядешь за стол”. Что такое низкий социальный статус? Ну, это, например, когда человека вместо девки использовали.

Ну, и я до конца месяца проел на баке для питьевой воды, чтобы к нему за стол не сесть.

Комната отдыха в колонии

За три недели в ЕПКТ Сергея избили пять раз: 11, 15, 31 августа и 1 сентября. 2 сентября его снова отвели в кабинет к оперативникам, где сначала состоялся разговор.

Надзиратели потребовали отказаться от адвоката, намекая, что сводному брату Сергея, который тогда отбывал срок в Чите, тоже придется несладко.

Буйницкий остался при своем, и его опять принялись бить: пока один из сотрудников удерживал его за шею, двое колотили руками ногами и дубинкам, пытались повалить на пол. Затем, чтобы не сопротивлялся, связали. Руки – скотчем, ноги – ремнем. Поставили на колени и на локти.

– По почкам, по животу били ногами, палкой… Потом от какого-то удара резкая боль возникла в области почки, темнеть начало в глазах. Я говорю: “Вы мне что-то отбили”. Потом вроде полегчало, боль стихла. Меня подняли, и Чичинин дал дубинкой еще раз в подбородок. На!

После этого заключенного отправили в камеру, где постоянно ведется видеосъемка. Чуть позже к Буйницкому зашел другой заключенный, Нураддин Мамедов. Он инсценировал ссору, начал предъявлять какие-то претензии и сделал вид, что наносит сокамернику пару ударов. Следствие установило, что Мамедов фактически не бил Буйницкого. За участие в инсценировке ему обещали деньги, чай, конфеты и сигареты.

– Потом я вышел из камеры, как они мне приказали. И Чичинин мне говорит: “Ну что? Теперь я тебя пальцем не буду трогать, просто буду приводить туда, где камеры, а бить будут другие осужденные”.

И еще раз добавил мне дубинкой по подбородку, рассечение еще больше получилось. Потом меня обратно в камеру увели, там я начал есть, и боль стала нарастать, нарастать.

Через какое-то время увезли в больницу.

Я не понимаю, откуда у них эта мерзость. Ладно, у зэков друг с другом что-то может быть, агрессия какая-то. Но они-то вольные люди. А в них нечисть сидит

В больнице у Буйницкого пошла кровь изо рта, состояние оценивалось как тяжелое. Удалили левую почку, которая оказалась полностью разорвана. Врачи сказали, что пробудь он в камере еще полчаса – не спасли бы.

– В больницу меня привезли, а у меня синяк под глазом. Меня же и накануне тоже били. Они меня давай катать по больнице в этой тележке. А чтобы синяка не видно было, кепку опустили козырьком на лицо. Думали, что никто вообще ничего не заметит. А получилось, что в больнице работает хорошая подруга моей матери. Она и сообщила родителям. А так бы никого и не подпустили бы.

“Серега, мне все равно ничего не будет”

В больнице Сергей написал заявление в Следственный комитет. Сначала дело возбудили в отношении неопределенного круга лиц, однако впоследствии обвиняемыми стали начальник ЕПКТ ИК-33 Евгений Чичинин и двое его подчиненных – Дмитрий Золотухин и Илья Васильев. Кроме того, 7 сентября на портале Gulagu.

net появилось заявление на имя замминистра юстиции Матюшкина, генпрокурора Чайки, руководителя СК Бастрыкина и директора ФСИН Корниенко, в котором основатель ресурса правозащитник Владимир Осечкин обвинил их в произошедшем с Сергеем Буйницким: “Из-за вашего бездействия в ИК-33 Хакасии жестоко избили заключённого и ему уже удалили почку!”

В больнице после удаления почки

– В больнице лежал четыре-пять дней, потом в трубках, со швами привезли обратно, в санчасть. Потом трубки вытащили, пришел Чичинин и говорит: “Да мне все равно ничего не будет, Серега, давай решим”. Сигареты, чай предлагал. Деньги предлагал, в рассрочку даже. Давай, говорит, машину продам. Это смешно.

– Меня после санчасти снова в камеру, – вспоминает Буйницкий. – Там сокамерник пытался спровоцировать потасовку. Потом опять пришел Чичинин и в живот еще раз ударил, не сильно, но чувствительно. В итоге я начал отказываться от пищи, и меня этапировали в Красноярск. Там привязали к койке в тюремной больнице.

Потом сюда еще привезли, а потом уже в Барнаул в целях безопасности, чтобы не добили. Там и досиживал. Я не понимаю, откуда у них эта мерзость. Ладно, у зэков друг с другом что-то может быть, агрессия какая-то. Но они-то вольные люди. А в них нечисть сидит.

Я их на суде спрашивал: как ваши дети будут жить? Они будут такими же жестокими?Сергей отмечает, что поначалу все доследственные проверки заканчивались ничем: дело хотели спустить на тормозах. Лучше стало в начале 2017 года, когда сменилось руководство хакасского управления Следственного комитета.

Сыграла свою роль и активность правозащитников, в частности, координаторов Gulagu.net, добивавшихся расследования пыток.

В деле появился второй потерпевший – по фамилии Гобозов. Детали произошедшего с ним также не раскрывались, однако в интернете можно найти видео, где заключенный показывает адвокату страшные следы: багровые синяки на ногах и ягодицах.

По версии следствия, в апреле 2016 года его перевели в ЕПКТ, где тоже устроили “приемку”. 41-летнего заключенного избили, надели на голову зимнюю шапку и окунули вниз головой в канаву для сточных вод. Чичинина обвиняли в том, что он ввел мужчине резиновую палку в задний проход, пока подчиненные держали жертву.

Затем пострадавшего отвели в служебный кабинет, где связали скотчем и избивали, надев на руки боксерские перчатки. Ногами и палкой били по корпусу. Таким образом надзиратели требовали от заключенного отказаться от жалоб омбудсмену и в прокуратуру. Следствие полагало, что в июле 2016 года пытку с палкой в задний проход повторили.

Мужчину снова избили, на этот раз – еще с помощью книги, после чего он отказался от общения с адвокатом.

Во дворике для прогулок ИК-33 небо тоже “в клеточку”

На свободу Буйницкий вышел осенью 2017 года. Он работает слесарем в одной из автомастерских Абакана. 22 апреля суд приговорил Евгения Чичинина в шести годам в колонии общего режима, а его подчиненных – к пяти года в колонии общего режима.

Прокуратура просила 11 и 12 лет, однако суд оправдал сотрудников ФСИН по обвинению в насильственных действиях сексуального характера. Осужденные должны выплатить в пользу обоих потерпевших в общей сложности 1 млн 50 тысяч рублей в качестве компенсации морального вреда.

Кроме того, им нельзя занимать должности в системе ФСИН в течение трех лет.

– Изначально со стороны Буйницкого был заявлен гражданский иск в размере 4,5 млн рублей, но суд взыскал в его пользу 700 тысяч. 300 тысяч должен заплатить Чичинин, по 200 — другие осужденные.

Что касается самого приговора, то мы пока не получили полный текст, поэтому не совсем понимает, из чего исходил суд, принимая такое решение. В пятницу получим полный текст, тогда сможем узнать, почему их оправдали и так далее. Но в любом случае приговор собираемся обжаловать.

С ним мы не согласны, – рассказала адвокат Наталья Монс, сотрудничающая с правозащитной организацией “Зона права”.

– Их посадили в каталажку – как мы и надеялись! Но как только я получу приговор, мы будем его обжаловать. Как по мне, так 15–17 лет здесь уместно.

Надо показать всей этой системе, ее руководителям, тем же самым, что с заключенными нельзя обращаться так, будто они не люди. Надо изменить систему. Самое ужасное, что там привыкаешь к издевательствам. Там уже не страшно.

Мне, когда били, было уже все равно. Думал, бл..ь, убили бы поскорее, только чтобы уйти от этого.

Вскоре в Хакасии должен начаться еще один похожий процесс. Дело в отношении еще троих сотрудников регионального ФСИН и заключенного, обвиняемых в аналогичных действиях, Абаканский городской суд пока вернул в прокуратуру.

Источник: https://www.sibreal.org/a/29897027.html

Юр-власть
Добавить комментарий